Зависимость появления городов-призраков «Ghost towns» от «Великого американского голодомора» 30-х.

Причиной массового голода в Соединенных Штатах стал глубочайший экономический кризис, известный под названием «Великая депрессия», и процессы разорения мелких фермерских хозяйств, именуемые словом «дефарминг». По данным ВОЗ за 2015 год в США ежегодно умирает от голода (недоедания) около 18000-20000 человек. «Когда дети возвращаются домой из школы, они совсем не уверены в том, что их будет ждать горячая еда на столе. Школьный обед может оказаться едва ли не единственной едой за весь день», — пишут журналисты Insider.

Американский мир

Экономический коллапс 1930-х годов был ошеломляющим по своим масштабам. В подшивке американской украиноязычной газеты «The Ukrainian Daily News» (далее – «UDN»), хранящейся в Национальной библиотеке США, за 1932 г. более 200 сообщений о голодных бунтах, демонстрациях рабочих и безработных в различных штатах. «UDN» и другие газеты тех лет оценивают численность граждан США, погибших в результате голода в 1931-32 гг., в 6 – 8 миллионов человек.

 В четверти семей страны не было ни одного работающего человека. Ряд современных конгрессменов, например, искренне удивляются своим коллегам, конгрессменам 30-х годов. Цитирую одно из свежих их заявлений: «знали, что происходит, но не предприняли ничего для оказания помощи голодающим». Немая сцена.

В то время не существовало государственной системы социальной защиты для людей, переживающих тяжелые времена. Вы должны сами заботиться о себе и своих близких, а правительство оставляло вас на произвол судьбы.

То есть они прекрасно знали, что в самом сытом городе страны Нью-Йорке стоят очереди за бесплатным супом (в американской глубинке таких очередей нет, потому что половина городов — банкроты, у них нет денег на бесплатный суп), но первую помощь населению оказывают лишь через несколько лет, после многочисленных смертей.

Вскоре после краха десятки миллионов людей по всей стране погрузились в нищету. А в богатейшем городе планеты Нью-Йорке к 1932 году «половина [городских] производственных предприятий была закрыта, каждый третий житель Нью-Йорка был безработным, и примерно 1,6 миллиона человек получали какую-либо помощь», по данным New York Tenement Museum. Правительство разработало систему помощи голодающим. Продовольственные талоны или продовольственные книжки появились на свет только 13 марта 1939 года. Для сотни миллионов людей в течение 10 лет очереди за супами были единственной надеждой на спасение от голодной смерти.

Интересный факт: Было так много ужасных сообщений о голодающих в Нью-Йорке, что западноафриканская страна Камерун прислала помощь в размере 3,77 доллара. 3,77 доллара в сегодняшних деньгах составляют около 57 долларов.

Линчевание или смерть

Великая депрессия перевернула жизнь многих американцев и вызвала резкие изменения в численности населения, особенно среди афроамериканцев и коренных американцев.

График, индейцы 3
Численность коренных американцев и некоренных американцев. 1850 – 1950.

 Заработная плата и стоимость собственности резко упали из-за роста безработицы и конфискации земли. В Мемфисе, например, афроамериканцы составляли треть всего населения, но 75 процентов безработных города. Счастливчики Миссисипи, в 1937 году, устраивались сборщиками хлопка, и работали на страшной жаре с 6 утра до 7 вечера за 0,6 -1 доллар в день.

голодомор 0406

К 1934 году в Атланте 70 процентов чернокожего населения вообще не имели никакой работы и средств к существованию. Коренные американцы в резервациях (концлагеря для индейцев) вымирали целыми деревнями.

На угольных месторождениях Пенсильвании три или четыре семьи ютились в однокомнатных лачугах и питались дикими сорняками. В Арканзасе были найдены семьи, населяющие пещеры. В Окленде, штат Калифорния, целые семьи жили в канализационных трубах.

Сотни тысяч бродяг отлавливали за бродяжничество и мелкую кражу (куска хлеба) на дорогах Америки, и отправляли в «Цепные банды». Заключенные должны были работать, есть и спать, все время находясь в кандалах. Есть гниющую и зараженную пищу, спать в бараках, которые представляли собой клетки с 18 койками и заселёнными вшами грязными матрасами (Abril & Allen, 1997). Медицинские потребности были минималистичные, если вообще были: язвы, недоедание, сломанные кости и нанесенные самому себе травмы оставались гноиться и гангренировать (Anderson, Dyson & Brooks, 2000). Осужденные группировались вместе толстыми железными цепями, с запаянными браслетами вокруг лодыжек. Они часто натирали и вызывали массивные повреждения и инфекции на ногах заключенных. Смертность могла достигать, в разное время, более 50% заключённых (Allen & Abril, 1997). Заключенные должны были работать от восхода до заката солнца, часто в неумолимой жаре, и умирали десятками в день (Anderson, Dyson & Brooks, 2000).

Начиная с конца 1933 года Федеральная корпорация по оказанию помощи излишкам (FSRC) раздавала излишки продовольствия бедным. Чиновники FSRC сообщили, что, хотя люди были благодарны, они не хотели получать помощь, но у них не было другого выбора. Принятие помощи было для них равносильно попрошайничеству и бродяжничеству. Чего люди хотели, так это рабочих мест. Лорена Хикок, специальный помощник главы FSRC, цитируется Уоткинсом в книге «Голодные годы: повествовательная история Великой депрессии в Америке» (1999, стр. 178)

Та работа , которая была доступна, обычно доставалась белым соискателям, которые в трудные времена начинали брать, если не требовать, работу, которая традиционно доставалась чернокожим рабочим. Как пишет Гринберг о ситуации на Юге, «им были доступны только самые низкие рабочие места, но теперь они часто были последними в очереди даже там. По всему Югу группы отчаявшихся белых рабочих вооружались, угрожали и запугивали работодателей, нанимавших афроамериканцев, утверждая, что они должны сначала нанять белых безработных».

Голод привёл к увеличению случаев расового насилия, особенно линчевания. Как написала Хилтон Батлер в The Nation: «Пыль сдули с дробовика, кнута и петли, и практика Ku Klux Klan возобновилась в уверенности, что мертвецы не только не рассказывают сказки, но и создают вакансии». По мере того, как все больше афроамериканцев убегало в города, пишет Гринберг, они «теснялись в и без того переполненные чернокожие районы, усугубляя нищету и добавляя конкуренцию к дефицитной работе».

Ghost towns

Почему в США почти 4000 городов-призраков? 

Поки́нутые города́, города́-при́зраки — когда-то процветающие сообщества, население которых кардинально изменилось за ультракороткий срок.

 Некоторые исчезли полностью, но многие из этих городов все еще существуют, по крайней мере, частично, что позволяет нам взглянуть на то, чем когда-то были эти ныне заброшенные места.

Города-призраки в первую очередь связаны с границей Дикого Запада и людьми, стекающимися в районы с ценными полезными ископаемыми, включая золото и серебро в Скалистых горах и нефть в Техасе. 

Было важно, чтобы рудники Колорадо и Калифорнии могли доставлять свои богатства по железной дороге, обширным животноводческим хозяйствам западных равнин нужно было добраться до железнодорожной станции, чтобы превратить своих бычков в деньги.

 Таким образом, появление большинства городов-призраков относятся к периоду экспансии и индустриализации на западе 1880–1940 годов. Техас и Калифорния возглавляют список благодаря горнодобывающим и нефтяным городам: Техас резко вырос после открытия Шпиндлтопа в 1901 году, а калифорнийские города процветали благодаря расширению железных дорог 1880-х годов. 

В штатах Великих равнин, таких как Канзас, Оклахома и Дакота, есть бесчисленные руины фермерских общин, разрушенных «Пыльным котлом» и экономическим спадом 1930-х годов. В последние десятилетия исторический туризм дал некоторым городам-призракам второй шанс на процветание, привлекая посетителей со всего мира.

  1. Великая депрессия — Многие города на Среднем Западе и на Великих равнинах рухнули, когда их население бежало во время экономического коллапса 1930-х годов. Эти места были основаны на том, что цены на урожай оставались относительно стабильными, и когда рынки рухнули, жители бежали в поисках работы. Многие из городов были просто слишком малы, чтобы быть устойчивыми после любого значительного сокращения населения и, таким образом, стали городами-призраками.
  2. Стихийные бедствия — Самые крупные из них уничтожила засуха на Великих равнинах, известная как Пыльная чаша. Пыльный котёл, или Пыльная чаша (англ. Dust Bowl), — серия катастрофических пыльных бурь техногенного происхождения, происходивших в прериях США и Канады между 1930 и 1936 годами (в отдельных регионах до 1940 года). Фермы и ранчо были построенные в полузасушливых местах, с небольшим количеством дождей или вообще без них, превратились в песчаные пустыни. Близлежащие города сильно зависели от сельского хозяйства и скотоводства, и когда эти проблемы усилились, то же самое произошло и с городами.
  3. Миллионы семей, у которых была стабильная жизнь, стали рабочими-мигрантами, когда безработица достигла пика в 25 процентов (1933). Но что делать, во всей стране работы нет. Нет талонов на еду, которые спасают от голодной смерти 50 миллионов американцев в 2021 году.

Продукция из садов и огородов помогла многим семьям, пережившим депрессию, лучше питаться. Консервирование было одним из способов сохранить богатство сада после сбора урожая. 

Великая депрессия

Демография Калифорнии:

19153 008 000
19163 071 000
19173 171 000
19183 262 000
19193 339 000
19203 426 8611915-1920г +418 861 Голодомор первой мировой
и массовые смерти от гриппа (испанки)
19305 677 251+2 250 390
19406 907 387+ 1 230136 Пылевые бури и голодомор «великой депрессии»
195010 586 223+3 678837
196015 717 204+5 130981
График наглядно показывает, что из миллионов людей уехавших из своих голодных штатов, до хлебной Калифорнии доехало очень мало. Наоборот, в наводнённой голодными беженцами Калифорнии заметен двухмиллионный просадок роста численности населения.

Среди миллионов обездоленных людей свирепствовали голод, болезни, высокая смертность. Власти и бизнес поступили вполне «по-рыночному»: запахали около 10 миллионов гектаров земель с урожаем и уничтожили более 6,5 миллиона свиней. Естественно, все это вызывало недовольство простых американцев, которые устраивали «голодные бунты».

И они стоят в оцепенении и смотрят на проплывающий мимо картофель, слышат визг свиней, которых режут и засыпают известью в канавах, смотрят на апельсинные горы, по которым съезжают вниз оползни зловонной жижи; и в глазах людей поражение; в глазах голодных зреет гнев. В душах людей наливаются и зреют гроздья гнева – тяжелые гроздья, и дозревать им теперь уже недолго. Миллионы голодных нуждаются во фруктах, а золотистые горы поливают керосином. Чем можно испугать человека, который не только сам страдает от голода, но и видит вздутые животы своих детей? Такого не запугаешь – он знает то, страшнее чего нет на свете. «Гроздья гнева» Джон Стейнбек.

Голодные бунты вспыхнули в нескольких штатах. Безработные шахтеры Вирджинии разбивали витрины магазинов, набивали корзины едой и пробивались обратно на улицу. Сотни издольщиков и фермеров-арендаторов, которых лишили земли, которую они обрабатывали, но которой они не владели, двинулись в Англию, штат Арканзас. Они преследовали чиновников Красного Креста, пока им не давали еды. Группа женщин из рабочего класса Миннеаполиса разбила витрины магазина и совершила набег на полки, но оставила записки, в которых говорилось, что они заплатят, как только смогут. Подобные голодные беспорядки произходили повсеместно: в Мичигане, Оклахома, Сан-Франциско, Калифорнии.

Люди в движении — это устойчивый образ США 1930-х годов из фотографий (Эйджи и Эванс, 1941), литературы (Стейнбек, 1939) и истории (Грегори, 1989Иган, 2006). Люди действительно переезжали в 1930-е годы, подстегиваемые экономическими трудностями Великой депрессии, жарой и засухой, а также множеством других факторов, из зоны активности пыльных бурь в 1930-х и 1940-х годах, что дает представление о том, как погода и голод влияли на жизнь жителей США в эту эпоху. 

Миграция в 1930-е годы: за пределами пылевого котла

Первые годы Великой депрессии были катастрофическими. Кризис не только не утихал, но с каждым годом углублялся. Безработица достигла своего пика в 25 процентов в 1932 году. Поскольку конца этому не видно, а частные фирмы разорены, а благотворительные организации раздавлены кризисом, американцы смотрели на свое правительство как на спасителей от голода, безнадежности и вечной бедности.

«Езда по рельсам»

«Езда по рельсам» представляет собой трогательную и малоизвестную историю подростков-бродяг 1930-х годов, времени отчаяния и горьких лишений. Все эти молодые странствующие американцы искали лучшей жизни и еды; то, что они нашли, было смесью свободы, товарищества, нищеты и одиночества.

Бродяжничество резко возросло, так как многие семьи были выселены из своих домов за неуплату арендной платы.  Южно-Тихоокеанская железная дорога хвасталась, что в 1931 году она сбросила со своих поездов 683 000 бродяг. Бесплатные общественные ночлежки и миссии в Лос-Анджелесе предоставили койки для 200 000 вынужденных переселенцев.

Между 1929 и 1941 годами по стране бродили 4 000 000 американцев, отчаянно нуждавшихся в еде и жилье. Из этого числа более 250 000 были подростками, которые «ездили на рельсах» и быстро взрослели в товарных вагонах. Жили в «джунглях бродяг», воровали, попрошайничали, убегали от полиции и дубинок железнодорожной охраны.

По некоторым данным до 10 000 000 миллионов бродяг и 1 000 000 детей беспризорников.

Трудно сейчас определить, сколько девочек путешествовало с армией мальчишек, потому что большинство для своей безопасности переодевались в мужскую одежду. По одной оценке, число беспризорниц составляло одну десятую часть, или 25 000 (250 000?).

«Если бы у меня не было надежды спасти родных, я бы умер от голода к 17 годам», — вспоминал бывший беспризорник Пирсон.

В течение 18 месяцев Ли скитался по Луизиане, катаясь на товарных поездах по штату, что по сути было поиском еды, чтобы спастись от голода захватившего десятки штатов Америки. В 1931 году он нашел работу на молочной ферме с оплатой 10 центов в час. На свои заработки он в конце концов смог выкупить своих родителей из издольщины за сумму, которую он точно помнит: 111,40 доллара.

Крайняя бедность, голод и разрушенные семейные отношения были причинами, по которым большинство детей ушли из дома. Одними из самых отчаянных сельских районов были холмы Кентукки и Западной Вирджинии, где считали молоко лекарством. Сельские голодные искали такую ​​дикую зелень, как одуванчики, луковицы дикоросов. Молотые кукурузные початки, кукурузная мука и свиное сало (жир) дополняли их еду. Семья с коровой, которая давала молоко, имела драгоценное имущество, считалась зажиточной.

Были и другие факторы, которые толкали несчастных на дорогу.  В 1934 г. в школах стало на 25 000 учителей меньше, чем в 1930 г.. Сроки обучения были сокращены в каждом четвертом американском городе, а пять тысяч школ вообще закрылись. 

К 1935 году из десяти миллионов юношей старшего школьного возраста четыре миллиона не посещали школу (кто работал, кто умер от голода).  Особенно сильно пострадали расовые меньшинства. На преимущественно сельском Юге 95 процентов чернокожих американцев старшего школьного возраста больше не ходили в школу. Посещаемость сельских школ в целом снизилась на 60 процентов. В других районах, таких как угледобывающие регионы Иллинойса, Кентукки, Огайо, Пенсильвании и Западной Вирджинии, голодали десятки тысяч детей.

Тайны голодомора

США приложили огромные усилия для сокрытия реальных данных о голоде охватившем на 10 лет всю территорию страны.

Великая депрессия затронула почти 60 миллионов американцев — примерно половину населения. Безработица достигла почти 25 процентов. Полмиллиона рабочих остались без работы в Чикаго и почти миллион в Нью-Йорке, где благотворительные организации и церкви ежедневно помогали нуждающимся примерно 85 000 человек.

82% фермерских семей голодали и были классифицированы как «бедные». Один из тех, кто пережил Великую депрессию в Западной Вирджинии, вспоминал, как учитель сказал невнимательному ученику пойти домой и купить еды. — Не могу, — ответил ребенок. «Сегодня очередь есть моей сестры».

Рексфорд Дж. Тагвелл, администратор «Нового курса» и советник Франклина Рузвельта, так писал в своем дневнике о распространении голода во время Великой депрессии: «Никогда в наше время… не было такой повсеместной безработицы и таких мучительных страданий от холода и голода».

В одной часто повторяемой истории рассказывается об учителе из Западной Вирджинии, который приказал упавшей в голодный обморок девочке пойти домой и поесть. Ребёнок ответил: «Я не могу. Это день моей сестры, чтобы поесть». Даже в Нью-Йорке каждый пятый ребенок, посещающий школу, страдал от недоедания. 

Во время Великой депрессии возродились бесплатные столовые. Наряду с очередями за хлебом бесплатные столовые стали частью повседневной жизни миллионов людей в 1930-е годы. Они были увековечены в многочисленных стихах, песнях и рассказах. Однако их расцвет пошел на убыль, когда были созданы программы государственной поддержки доходов и продовольственной помощи.

Представьте, что вы сын-подросток в семье шахтера из Западной Вирджинии. Твой отец потерял работу больше года назад. Вы по очереди едите с сестрой, то есть едите через день. Где и когда ест отец неизвестно.  Вы с мамой охотитесь за одуванчиками на холмах. Одуванчики, лепешки из кукурузной муки и свиное сало могут стать пиршеством. Вы беспокоитесь о своем ослабевшем отце, который не может найти другую работу и, кажется, потерял надежду.

  • 1931: Разрозненные голодные бунты происходят по всей территории Соединенных Штатов.
  • 1931: Нью-Йорк сообщает о 95 случаях смерти от голода.
  • 1933 г.: Президент Франклин Рузвельт подписывает закон о создании Федерального управления по оказанию чрезвычайной помощи.
  • Октябрь 1933 г.: Джером Франк создает Federal Surplus Commodities Corporation. Цель агентства заключалась в том, чтобы перенаправить сельскохозяйственные товары с открытого рынка, где цены были снижены из-за излишков сельскохозяйственной продукции, голодающим семьям.
  • 1935: Должностные лица сельского хозяйства и помощи создают Федеральную корпорацию излишков товаров (FSCC).
  • 1936:Издательство Bobbs-Merrill печатает книгу «Радость кулинарии».
  • 1938 г.: Президент Рузвельт подписывает Закон о пищевых продуктах, лекарствах и косметике.
  • 16 мая 1939 года: FSCC запускает план продовольственных талонов.
  • 1939: «Нестле» представляет шоколадный «кусочек».
  • 1939: Витаминные таблетки стали национальной навязчивой идеей.

Несмотря на резкое падение цен на продукты питания, многие семьи обходились без хлеба, молока и мяса. В Нью-Йорке потребление молока сократилось на миллион галлонов в день.

 Истории отчаянно голодных людей произвели неизгладимое впечатление на всех американцев. Как можно быстрее администрация президента Франклина Делано Рузвельта (1933–1945 гг.) создала государственные агентства по оказанию помощи и раздачи излишков сельскохозяйственных продуктов нуждающимся. Продовольственные программы, возникшие в результате создания этих агентств по оказанию помощи, сохраняются и в двадцать первом веке. 

Нехватка денег часто означала нехватку еды, и бедняки впадали в отчаяние. Например, в 1931 году по стране прокатились разрозненные голодные бунты и погромы, которые были жестоко подавлены. Некоторые из тех, кто украл еду, сказали на допросах, что заплатят за нее, когда смогут. Другие просто говорили, что отказываются умирать от голода, когда на прилавках магазинов полно еды. Однако это отчаяние не породило массовых беспорядков и революций из-за страха перед властями.

Продовольственные талоны и защита Управления по санитарному надзору за качеством пищевых продуктов и медикаментов являются двумя примерами программ, возникших в результате событий «Великого американского голодомора».  Более серьезные проблемы со здоровьем возникли из-за плохих санитарных условий в переполненных городских трущобах и сельских трущобах. Количество смертей за это время мало изучено или зарегистрировано, информация скрывается и факты подтасовываются.

Голодное десятилетие

К 1933 году статистические данные показали, что не менее 25 процентов рабочей силы были безработными — от 13 до 15 миллионов человек. Было подсчитано, что безработные содержали около 30 миллионов голодающих членов семьи. По мере ухудшения ситуации в Америке возник парадокс. В то время как обездоленные ели в мусорных баках, американские фермеры все еще производили излишки урожая и скота.

Бесплатное питание было простым, но сытным: тушеное мясо и хлеб; суп, хлеб и кофе; бобы, хлеб и кофе; или бутерброды и кофе.

Красный Крест, Армия Спасения, католические благотворительные организации, мафия, братский орден, больницы, газеты и частные лица обслуживали очереди за хлебом. Одна из самых известных столовых открылась на Саут-Стейт-стрит в Чикаго в 1930 году. Управляемая и спонсируемая гангстером Аль Капоне, она предоставляла трехразовое питание. Только в День Благодарения 1930 года кухня Капоне накормила 5 000 человек. К началу 1931 года в Нью-Йорке насчитывалось 82 очереди за хлебом, обслуживающие примерно восемьдесят пять тысяч человек каждый день.

Чудеса официальной статистики: В результате средняя продолжительность жизни в США выросла примерно с 57 лет в 1929 году до 63 лет в 1933 году. В оба десятилетия средняя продолжительность жизни цветных людей была ниже, чем у белых. Тем не менее, когда разразилась депрессия, средняя продолжительность жизни цветных людей росла быстрее, чем у белых, увеличившись примерно на восемь лет с 1929 по 1933 год.

Другие исследователи уверены, что умершие от голода люди учитывались статистикой как долгожители, для сокрытия голодомора. Миллионы умерших людей числились в живых ещё многие десятилетия, и возможно голосовали за Байдена.

Поскольку люди не могли найти новую работу, а безработица росла, рос и голод. Социальное мышление того времени заключалось в том, что заботится о голодающих должны частные благотворители. Президент Герберт Гувер (служил в 1929–1933 гг.) и губернаторы штатов призвали американцев делать пожертвования Красному Кресту и другим благотворительным организациям. Местные власти графств несли ответственность за любые усилия правительства по оказанию помощи, и зимой 1931–1932 годов некоторые штаты предоставили местным властям субсидии для покрытия расходов. Однако все эти усилия оказались недостаточными.

Президент Герберт Гувер заявил: «На самом деле никто не голодает. Бродяги питаются лучше, чем когда-либо». 

Очереди за хлебом давали средства к существованию многим, кто не мог позволить себе покупать продукты. Работы было мало, поэтому денег на покупку еды тоже не хватало. Многие люди, которые остались без работы из-за Великой депрессии, не могли содержать семьи. Один безработный рассказал New Masses 23 января 1934 года о своем дне в городе после получения пайка в очереди за хлебом (цитируется по Уинслоу, «Брат, не пожалеешь ли ты десять центов? Америка от краха Уолл-стрит до Перл-Харбора», Иллюстрированный документальный фильм, 1975, стр. 19):

Тебя выпроваживают пораньше, ты берешь свой кофе и отправляешься гулять. За пару часов до полудня вы встаете в очередь. Ты ешь и начинаешь ходить. Ночью ты плюхаешься там, где можешь. Ты не разговариваешь. Ты ешь все, что можешь. Ты спишь там, где можешь. Ты идешь пешком. Никто с тобой не разговаривает. Ты идешь пешком. Холодно, и вы дрожите и стоите в дверях или сидите на железнодорожных станциях. Ты многого не видишь. Ты забываешь. Вы идете час и забываете, с чего начали. Сейчас день, а потом ночь, а потом снова день. И ты не помнишь, что было первым. Ты идешь пешком. Есть жирные мужчины, и ты это знаешь. Есть худые мужчины, и ты это знаешь. Brother, Can You Spare a Dime? America from the Wall Street Crash to Pearl Harbor, An Illustrated Documentary, 1975, p. 19

Умирали тихо, как мыши

Одним из интересных аспектов проблем безработицы и голода во время Великой депрессии было то, что, как показывают исторические фотографии, в городских очередях за хлебом было очень мало женщин и детей. 

Преобладающее убеждение 1930-х годов, известное как американское кредо, заключалось в том, что люди сами несут ответственность за свои судьбы. Таким образом, обращение за помощью в бесплатные столовые или в очереди за хлебом вызывало сильное социальное клеймо. Согласно вероучению, быть нуждающимся означало наличие какого-то серьезного недостатка в характере. К 1929 году американское кредо укоренилось в американской культуре. Это кредо гласило: успех открыт для всех, кто готов ради него работать. Те, кто потерпел неудачу, заслуживали неудачи и сделали это по своей вине.

Голодомор 234
Группа мужчин, большинство из которых белые, стоят в очереди за бесплатным кофе и пончиками.

Стоять часами в длинных очередях за продовольственной помощью было больше мужской ролью, а жена занималась домом и детьми. Также существовала сильная социальная стигма в отношении женщин, стоящих в очереди на помощь. Драматическое описание автора Меридель Ле Сюёр в ее книге «Женщины в очереди за хлебом» (1984) подчеркивает этот социальный феномен:

.…[С]лишком боязливы встать в очереди за хлебом… просто падают в обморок на улице от лишений [лишенных еды], никому не сказав ни слова. Женщина закроется в комнате, пока ее у нее не отнимут (за неуплату), будет есть по крекеру в день и вести себя тихо, как мышь, так что о её судьбе не будет никакой социальной статистики … если у нее нет иждивенцев, [она] существует на грани голодной смерти.

В самом обеспеченном продовольствием городе США Нью-Йорке в 1931 году было официально зарегистрировано 95 случаев смерти (мужчин, женщин и детей) от голода. Недоедающие также легче становятся жертвами болезней, чем те, у кого есть доступ к адекватным запасам продовольствия. В то время не было возможности подсчитать количество людей, умерших от болезней, связанных с недоеданием, таких как туберкулез и дизентерия.

Печальные и отчаянные истории публиковались по всей стране. В 1930 году мужчина из Пенсильвании, пойманный на краже буханки хлеба для своих четверых голодных детей, почувствовал такой стыд, что повесился в своем подвале. Отцы не пускали себя и детей старшего возраста в свои жилые помещения, когда кормили младших, чтобы избежать соблазна буквально выхватить еду изо рта младенцев. Дети ели по очереди изо дня в день и оставались в постели, чтобы сохранить калории.

 Систематическое воровство еды иногда было семейным делом, когда детям и взрослым поручались определенные обязанности по краже в магазине необходимых продуктов. Исследования городских мусорных свалок в Чикаго и Нью-Йорке показали, что, когда городские мусоровозы разгружались, от сорока до пятидесяти человек начинали выкапывать палками или руками кусочки еды. Мужчины дрались из-за мусора в бочках за городскими ресторанами. Люди обыскивали корабельные доки в поисках съедобных объедков.

Многие семьи жили в палатках и по нескольку дней не имели еды. Воспоминание шахтера из Западной Вирджинии о борьбе за еду во время безработицы изложено в книге Хукера «Еда и напитки в Америке: история» (1981, стр. 309):

Я помню, как нес муку Красного Креста, может, 24 фунта (10 кг), шесть миль по этим холмам. Мы не осмеливались поставить пакет, опасаясь намочить или сделать в нем дырку… Тогда матери и сестры целыми днями бродили по склонам холмов, собирая, может быть, бушель (39 кг) дикой зелени. У нас была кукурузная мука и свиное сало, немного зелени, и вообще у нас была корова, и у нас было немного молока. Поздней осенью, может быть, я пойду в огород на соседской ферме и найду старую замороженную капусту, чтобы приготовить ее.

Затем мы с братом шли работать весь день на какого-нибудь фермера за 50 центов и еду, брали деньги на бобы, картофель и яблоки по бушелю каждого и шли пешком 3–4 мили домой после 10 часов в поле.

У богатых семей денег было больше, семейные повара изобрели творческие способы, чтобы приготовить вкусные и сытные блюда. Рита Ван Эмбер из Меномони, штат Висконсин, рассказывает в своей книге «Истории и рецепты Великой депрессии 1930-х годов», том. 2. (1986–93, стр. 48):

Мама всегда накрывала хороший стол. У нас было много еды, но не более того. Часто это была просто большая кастрюля с овощным или картофельным супом, приготовленным на воде и подаваемым с домашним хлебом. Мама всегда пекла 18 или 20 буханок хлеба в неделю, а на завтрак у нас было много горячего печенья, приготовленного папой. Нам нравилось; суп и хлеб нас насыщали… Она всегда готовила много того, что мы называли ковбойским рагу. Это было просто, очень сытно и вкусно с домашним хлебом. Это была просто жареная оленина, нарезанный кубиками лук и ломтики картофеля, отваренные до готовности. У нас всегда была оленина; мы жили там, где было много диких оленей. Мы собрали дикую малину и черешню для мамы. Она делала то, что назвала Саншайн.

Не существовало эффективной структуры для передачи излишков в руки благотворительных организаций и органов местного самоуправления.

В Калифорнии голодные видели, как пища уничтожается вокруг них. В 1932 году только в Имперской долине было уничтожено 2,8 миллиона арбузов, 1,4 миллиона ящиков мускусных дынь и 700 000 бочек помидоров, потому что их нельзя было продать. В округе Ориндж огромные горы апельсинов были покрыты густым маслом, чтобы их не воровали. Плоды сгнили на глазах у людей, которые в них нуждались.

 Спустя десятилетия после Великой депрессии дедушки и бабушки экономили продукты — на всякий случай — и съедали каждый кусочек на тарелке во время еды.

Кому война…

Большинство богатых оставались вполне довольными на протяжении всей Депрессии. Некоторые состоятельные люди были чувствительны к проблемам голодающих, например Дэниел Уиллард, президент железной дороги Балтимора и Огайо. В речи, произнесенной в июне 1931 года в Пенсильванском университете, Уиллард отметил: «Хотя мне не нравится это говорить, я был бы менее откровенен, если бы не сказал в таких обстоятельствах [без работы и без еды, что] Я бы скорее украл, чем умер с голоду» (цитируется по книге Уоткинса «Голодные годы: Повествовательная история Великой депрессии в Америке», 1999, стр. 106). Гарри А. Мэкки, мэр Филадельфии, прокомментировал неспособность богатых мужчин и женщин внести значительный вклад в помощь бедным (цитируется по Абрахаму Эпштейну, «Жертвуют ли богатые на благотворительность?» «Ридерз дайджест», июнь 1931 г., стр. 121):

До настоящего времени значительная часть фондов помощи была внесена рабочим классом. Прискорбно, что многие из наших богатых мужчин и женщин не откликнулись, в то время как многие другие богатые люди прислали пожертвования на незначительные суммы.

Многие американцы были против государственных программ помощи, полагая, что это сделает из отдельных лиц «бездельников», что нанесет «ущерб стране» и налогоплательщикам. Таким образом, согласно этому мнению, люди, нуждающиеся в помощи, должны улучшать свое положение сами, а не принимать подачки.

Самые заносчивые из богачей считали, что бедняки заслужили свою участь. Предпринимательский дух сохранялся на протяжении всей Великой депрессии, особенно на кухне, будь то появление холодильника или разработка замороженных продуктов. Рита Ван Эмбер пишет о предпринимателе из Миннесоты в 1936 году в «Историях и рецептах Великой депрессии 1930-х годов», том. II. (1986–93):

Первый магазин мороженого Бриджмена, открывшийся в Миннесоте, встретил зловещие прогнозы публики.

«У скольких людей в наши дни есть лишний пятицентовик, чтобы купить рожок мороженого?» «В Миннесоте было слишком холодно». «Сезон был слишком коротким для чего-то подобного в наше время». Подобные комментарии были услышаны, когда смелый предприниматель пошел вперед и открыл красивый, блестящий, яркий магазин мороженого.

Каким-то образом люди время от времени находили лишний пятицентовик и с удовольствием посещали это веселое оживленное место со всеми этими ароматами, выставленными за стеклом. Просто никто не знал, что выбрать. Все пробовали рожки друг у друга, чтобы увидеть, соответствует ли ваш выбор.

В течение восемнадцати месяцев открылись еще шесть магазинов мороженого Бриджмена, и все они пользовались большим успехом.

Жизнь во время Депрессии и «выживание» в течение стольких лет часто оставляли у людей тяжёлое впечатление, от которого было трудно избавиться. Один человек, К.С., рассказывает в книге Такера «Рецепты и воспоминания о Великой депрессии» (1993, стр. 116), как воспоминание о еде времен депрессии приводит к депрессии:

Я вырос на «соусах» из муки или кукурузного крахмала, смешанных с водой или молоком. В сыром виде это был клей для обоев. Соус приготовленный на сковороде, с добавлением сахара или меда, превращался в праздничный пудинг. Однажды, много лет спустя, я заказал «блан манже» из меню модного французского ресторана. Я чувствовал себя обманутым, это был просто старый пудинг из кукурузного крахмала!

Другой человек, Г.А., вспоминает, как дефицит и необходимость означали привычки в еде, сильно отличавшиеся от современных (там же, стр. 123). «Я никогда не видел перекусов, и никто не ел между приемами пищи, как сейчас. Мы ужинали в 6 вечера и ложились спать через пару часов после этого».

Добавить комментарий